Ссылки для упрощенного доступа

«Уезжают журналисты, айтишники». Прибывшие из России в Кыргызстан о ситуации в РФ 


Ховард Эймос и его супруга Анна Макеева.

Ховард Эймос и его супруга Анна Макеева из-за ситуации в России приняли решение уехать в другую страну. Они прилетели в Кыргызстан, но через некоторое время намерены уехать в Армению. 

Проживавшие в Москве Ховард и Анна в интервью «Азаттыку» рассказали об изменениях в своей жизни после начала боевых действий в Украине.

- Добро пожаловать в Кыргызстан. Надеюсь вам здесь комфортно. Мне очень приятно познакомиться с вами. Давайте вначале поговорим немного о вас, вашей семье. Как вас зовут? С кем вы здесь? С какой целью?

Анна: Меня зовут Анна. Мы приехали в Кыргызстан, потому что были вынуждены срочно покинуть Россию из-за слухов о том, что в стране могут ввести военное положение. Для нас это означало бы потенциальное закрытие границ. На этом фоне мы решили уехать из России, чтобы перестраховаться. Потому что мой муж Ховард - гражданин Великобритании. Переживали, что в ближайшее время, когда Ховарду нужно будет уехать в конце его визы, мы можем остаться по разные стороны границ. Поэтому чтобы перестраховаться и избежать такой ситуации, мы приняли решение выбрать страну, где можем быть вместе. Мы экстренно принимали решение, экстренно выбирали билеты... В этот момент уже все билеты по самым популярным направлениям из Москвы - в Ереван и Тбилиси – были раскуплены. Поэтому мы выбрали ближайший доступный нам билет. Это был билет Москва - Бишкек. Мы прилетели сюда на несколько дней транзитом, собираемся дальше ехать в Ереван.

- Ховард, вы давно в России? В каком статусе вы там проживаете?

Ховард: Я приехал в Россию в первый раз в 2005 году. А переехал туда жить в 2010-м. 5 лет назад вернулся в Великобританию, с тех пор бываю в Россию проездом. Сейчас я пытаюсь написать книгу о России, соответственно, там собираю информацию. Работаю я редактором и аналитиком.

- Расскажите, пожалуйста, о вашей профессиональной деятельности. Чем в России вы занимались? Где и кем работали?

Анна: Последние полтора года я работаю в IT-компании. Она связана с Яндексом. Поэтому я работаю удаленно, и у меня была возможность экстренно уехать из страны. Я понимаю, что в целом это большая привилегия, что я имею такую возможность работать удаленно и в IT-сфере.

Ховард: Я сейчас пишу книгу. На этом строится моя работа. Помимо этого я редактирую, перевожу, иногда пишу какие-то тексты.

- Теперь главные вопросы, которые меня интересуют: почему вы решили покинуть Россию и что привело вас в Кыргызстан?

Ховард: На прошлой неделе, как сказала Аня, пошли слухи, что Россия готовится ввести военное положение в связи с конфликтом в Украине. Как мы понимаем, могли закрыть границы. В России я пребывал временно, у меня виза через пару месяцев закончится. Если бы мы остались, и они ввели военное положение, после полутора месяцев мне надо было бы уехать. Если границы закрыты, соответственно Ане пришлось бы остаться, и мы оказались бы на разных сторонах. Мне кажется, сейчас ситуация не очень понятная и не очень предсказуемая. Мы могли оказаться в таком положении надолго. Чтобы этого избежать, решили уехать. Надеюсь, что это ненадолго и что мы сможем вернуться туда. Но пока ситуация непредсказуемая, мне кажется, лучше находиться за пределами России.

- Когда ситуация стабилизируется, вы собираетесь вернуться обратно в Россию?

Анна: У нас нет плана эмигрировать долгосрочно, насовсем, мы хотели бы вернуться, как только появится возможность.

- А когда вы в Кыргызстан прилетели? Почему решили ехать через Кыргызстан?

Ховард: Мы в пятницу утром прилетели - в четверг вечером вылетели из Москвы. Мы просто там сидели и смотрели билеты. Понятно, сейчас цены очень высокие, запрос очень большой. Много людей хотят уехать, в то же время количество полетов там уменьшается из-за западных санкций. Мы смотрели разные варианты и решили, что Бишкек - самый хороший вариант. Я лично давно хотел в Бишкек, а тут сложилась такая ситуация, что надо было ехать и можно было выехать в Бишкек.

Анна: Я добавлю, что с точки зрения доступности Бишкек - хороший вариант, потому что ни мне, ни Ховарду не нужны визы, мы можем здесь находиться какое-то количество времени без виз. Это был просто реальный вариант уехать прямо сейчас, срочно.

- Как вы теперь видите свою дальнейшую жизнь, вне России?

Ховард: Планы на ближайшее время - уехать в Ереван. Как я сказал, сейчас очень много россиян выехали либо в Ереван - в Армению, либо в Тбилиси - в Грузию. Сейчас формируется довольно большое российское сообщество. Довольно много моих коллег сейчас находятся в Ереване. Есть какие-то друзья, которые прибыли туда несколько дней назад. Поэтому пока мы планируем ехать в Ереван, какое-то время побыть там. Поскольку мы оба работаем удаленно, для нас это не проблема. В ближайшее время план такой, а там посмотрим.

- Много таких, как вы - уехавших из России?

Анна: Могу судить по своему окружению, да, довольно много уехало. Я видела цифру, что как минимум 150 журналистов покинули ее за последние несколько дней. Как вы видите, независимые СМИ блокируют очень активно, закрывают или люди сами принимают решения приостановить на время свою деятельность по освещению конфликтов в связи с принятием закона о распространении фейков. Люди просто опасаются за свою профессиональную деятельность и принимают решение уехать. Плюс мои коллеги из IT-сферы, вижу, что большой поток, люди уезжают. Просто вывозят свои семьи, потому что опасаются за свою физическую безопасность, либо не справляются с психологическим давлением, которое они испытывают, находясь в России ежедневно, читая новости и видя, что происходит на улицах. Довольно большое число людей из моего окружения приняли решение уехать из России.

- По вашим наблюдениям, кто в основном уезжает? Активисты, политики, бизнесмены или представители политэлиты?

Анна: Я назвала несколько категорий - это журналисты, работники сферы IT. Я вижу в соцсетях, что представители НКО, других политических организаций, люди, так или иначе связанные с гражданским активизмом - они принимают решение уезжать из России.

Ховард: Уезжает несколько категорий людей, перед которыми сейчас встали реальные угрозы. Независимые журналисты, которые сталкиваются с реальной угрозой тюрьмы. Люди, сфера деятельности которых связана с миром. Насколько сейчас Россия кажется очень изолированной и отрезанной от всех и от всего. Им невыгодно или невозможно оставаться в России, им придется уезжать. Мне кажется, там тоже есть люди, которым просто не нравится, что сейчас происходит, что Россия делает с россиянами, и они не хотят участвовать в этом.

- Как вы лично восприняли решение начать так называемую спецоперацию?

Анна: Сложно об этом судить. Потому что события очень быстро развиваются. Тяжело наблюдать эти новости, смотреть на те свидетельства, которые публикуются в Интернете. Люди, которые находятся в Украине, публикуют фотографии - как они вынуждены укрываться там в бомбоубежищах или экстренно эвакуироваться. Тяжело психологически и эмоционально читать эти новости и понимать, что за всеми этими военными сводками стоят жизни реальных людей, многие оказались оторваны от своих семей, и вся их жизнь оказалась перечеркнута в один день. Довольно сложно осознать и переварить эту информацию, что это не просто какие-то новости отдаленные про каких-то людей вообще, а вот люди, которые публикуют фотографии своих семей. Очень переживаем.

- Как гражданское общество России реагирует на действия властей в отношении Украины?

Анна: Мне не хотелось бы делать какие-то обобщения. Мне кажется, правильней сказать, что в России есть люди с разными точками зрения. И неправильно было бы записать одну группу в категорию гражданского общества, а другую из него исключить. Люди имеют право на свою точку зрения, имеют право называться гражданским обществом, неважно, какой позиции они придерживаются. Это отдельный вопрос - почему они пришли к той или иной точке зрения. Но тем не менее общество в России довольно поляризованное, оно разделено. По-разному, в зависимости от той точки зрения, которую люди поддерживают, они и реагируют по-разному. Мы видим, что есть протесты, есть люди, которые выступают против того, что происходит в Украине. Они пытаются выходить на уличные акции, на митинги. В то же время мы видим, как быстро власти реагируют, принимаются соответствующие законы. Очень много задержанных в России. Эти акции не согласованы, они нарушают общественный порядок, соответственно, людей задерживают. Но есть огромное количество людей, которые поддерживают эту спецоперацию, и они тоже высказываются, высказываются в социальных сетях. Мы видим, что на почве этого много конфликтов даже внутри одной семьи, когда люди придерживаются разных точек зрения. Поэтому сложно описать, как в целом гражданское общество реагирует. Очень по-разному.

- Как там обращаются с активистами, которые выступают против войны с Украиной?

Анна: Ну, мы можем судить только по тем сообщениям, которые есть в СМИ, которые доступны нам. Но мы не видим, чтобы их как-то поддерживали, скорее, наоборот. Я не знаю, можно ли это называть репрессиями. Но мы не видим, что в России есть сейчас возможность свободно высказывать свою позицию, какой бы эта позиция ни была. Нет такой возможности.

- Мы видим, что со всех сторон вводятся санкции в отношении России. Как повлияли эти санкции на жизнь россиян?

Анна: Мне кажется, основной эффект еще не заметен. Это займет какое-то время, когда экономически, на уровне доступности товаров люди заметят это в своей жизни, поскольку все это происходит очень быстро, и требуется время, чтобы оно до людей на ежедневном уровне докатилось. Мы уже видим, что соотношение курса очень заметно. Люди теряют свои сбережения, теряется ценность рубля. Поэтому мы прямо видим в режиме реального времени, как обесценивается то, что у людей есть. Кроме этого, мы видим сообщения, что производители бытовой техники или автомобилей принимают решение уйти с российского рынка. Я не думаю, что это может быть заметно в течение одного дня. В течение пары недель, я думаю, эффект будет виден, и люди просто не смогут купить то, что они привыкли покупать.

Ховард: До того, как мы уехали из Москвы… Получается мы уехали через неделю после того, как начались военные действия в Украине. Всю эту неделю были очереди в банках, иностранную валюту вообще невозможно достать, даже рубли иногда было сложно достать, потому что все снимают, и банкоматы просто не справляются со спросом. Это самый очевидный результат. Как Аня говорит, экономический эффект еще почувствуют.

Анна: Единственное дополнение - по поводу авиаперелетов. Мы видим, что российские авиакомпании не имеют возможности совершать международные перелеты. Западные компании просто отказываются от того, чтобы выполнять рейсы в Россию. Есть часть людей, которая осталась за границей и испытывают какие-то сложности с возвращением. Люди, которые планировали перелеты из России за границу, тоже сейчас не имеют такой возможности или вынуждены пересматривать варианты, как им добираться. С пересадками, соответственно, стоимость билетов значительно увеличивается.

Кубатбек Айбашов, Радио Азаттык

XS
SM
MD
LG