Ссылки для упрощенного доступа

«Талибан» возвращается к границам Центральной Азии


Бывшие боевики "Талибана" сдают оружие во время церемонии примирения в Герате, 24 июня 2021 года.

Афганские правительственные силы практически сдали северную часть страны – около 200 военнослужащих в последние дни отступили в Таджикистан и Узбекистан. Правительства стран Центральной Азии теперь наблюдают за боевыми действиями почти у самых своих границ.

Те правительства Центральной Азии, которые считали, что пока из страны выводятся последние иностранные войска, у них все еще есть время на рассмотрение своей политики относительно Афганистана, похоже, его исчерпали.

Мало кто мог предвидеть столь стремительные успехи боевиков движения «Талибан» на севере Афганистана с начала мая по сегодняшний день. Боевые действия уже достигли северных границ Афганистана и даже втянули в конфликт Центральную Азию.

Поражение афганских правительственных сил в городе Шир-Хан-Бандар 22 июня – там находится жизненно важный контрольно-пропускной пункт на границе с Таджикистаном – похоже, стало таким же потрясением для властей Центральной Азии, как и для 134 афганских солдат, бежавших от нападения талибов в Таджикистан.

Тревога усугубляется тем, что министерство иностранных дел Узбекистана подтвердило, что 23 июня в страну бежали 53 вооруженных афганских военнослужащих и союзных ополченца. В Ташкенте говорят, что после допроса солдат и ополченцев узбекскими властями те были отправлены обратно.

Восемь афганских провинций граничат с бывшими советскими республиками в Центральной Азии. С запада на восток это – Герат, Бадгис, Фарьяб, Джаузджан, Балх, Кундуз, Тахар и Бадахшан.

Большую часть десятилетия после того, как в Афганистан в конце 2001 года прибыли американские войска, в этих провинциях было относительно мирно. Поэтому у соседних Туркменистана, Узбекистана и Таджикистана не было повода для серьезной обеспокоенности.

Но с 2013 года афганские силы безопасности все активнее участвуют в борьбе с талибами и другими боевиками. Иногда боевые действия проходят прямо на границе с Туркменистаном и Таджикистаном. А шальные артиллерийские снаряды и обстрелы иногда достигают их территорий.

Некоторые женщины берутся за оружие, чтобы сражаться с талибами. Они считают, что если Талибан снова придет к власти, их 20-летние достижения будут потеряны. 25 июня 2021 года.
Некоторые женщины берутся за оружие, чтобы сражаться с талибами. Они считают, что если Талибан снова придет к власти, их 20-летние достижения будут потеряны. 25 июня 2021 года.

В 10 КМ ОТ ГРАНИЦЫ ТУРКМЕНИСТАНА, 30 КМ ОТ ГРАНИЦЫ ТАДЖИКИСТАНА

25 июня Туркменская редакция Азатлыка сообщила, что днем ранее талибами был захвачен афганский город Андхой в провинции Фарьяб. 25 июня правительственные силы нанесли ответный удар по талибам в Андхое, который находится всего в 10 км от Туркменистана.

В соседнем городе Акина, примерно в 30 км от туркменской границы, расположен сухой порт и железнодорожная станция, которая является единственной железнодорожной линией между Афганистаном и Туркменистаном. Это также ключевое звено для транзитного маршрута через Лапис-Лазули, который соединяет Афганистан с Турцией и Европой.

19 июня афганская частная газета Tolo News передала, что силы талибов захватили уезд Хваджа Сабз Пош в провинции Фарьяб. Была информация и о боевых действиях неподалеку от столицы провинции Маймана.

В соседней провинции Бадгис, в уездах Мургаб и Гормах, бои идут с 2014 года.

В феврале 2014 года боевики проникли в Туркменистан через реку Мургаб и убили трех туркменских пограничников. Спустя несколько месяцев боевики перешли границу со стороны уезда Гормач, убив троих туркменских солдат и похитив их оружие.

В провинции Джаузджан, к востоку от Фарьяба, граничащие с Туркменистаном уезды Хамьяб и Каркин перешли под контроль талибов вместе с уездами Акча, Мангиджал, Файзабад и Мардян.

Город Шир Хан Бандар, откуда афганские войска бежали по 700-метровому мосту в Таджикистан, находится в провинции Кундуз.

В 2015 и 2016 годах силы «Талибана» временно захватили части столицы провинции, города Кундуз, прежде чем они были вытеснены афганскими контратаками при поддержке американских авиаударов и спецназа.

Все три уезда провинции Кундуз, граничащие с Таджикистаном, – Имам Сахиб, где расположен Шир Хан Бандар, Дашт-и Арчи и Калайи-Зал – уже 25 июня находились под контролем талибов.

Самый южный район провинции Алиабад был захвачен боевиками «Талибана». Но в сообщении афганской газеты Tolo News говорится, что Алиабад был вновь отвоёван правительственными войсками.

21 июня агентство Tolo News передало, что восемь из 12 уездов провинции Тахар к востоку от Кундуза либо перешли под контроль талибов, либо на предыдущей неделе были оставлены афганскими силами безопасности. В числе этих уездов Чал, Бахарак, Ишкамиш, Намак (Чах) Аб, Янги-Кала, Хваджа Гар и Хазар Самуч.

В сообщении говорилось, что Хваджа Гар и другой уезд, Банги, вскоре были вновь отбиты правительственными войсками.

Янги-Кала и Намак (Чах) Аб граничат с Таджикистаном, как и уезд Даркад, который талибы в течение нескольких лет удерживают под своим контролем.

Столица провинции Тахар – Талокан, также находится под осадой сил «Талибана».

Балх – единственная афганская провинция, граничащая с Узбекистаном. Большая часть провинции Балх с ее столицей Мазари-Шариф на протяжении длительного времени оказывала сопротивление нападениям талибов.

Тем не менее, 23 июня 53 афганских военнослужащих и ополченцев перешли на территорию Узбекистана в районе уезда Шортепа провинции Балх.

В заявлении МИД Узбекистана не уточняется, почему группа совершила переход на территорию Узбекистана.

В то время сообщений о боях в районе Шортепа не было. Но в последнее время поступает информация о боевых действиях в провинции Балх к югу от узбекской границы. Так, 12 июня талибы ненадолго захватили уезд Балх. Но к 22 июня правительственные силы вновь отбили эту территорию.

Другие уезды провинции, такие как Чимтал к юго-западу от уезда Балх в последние недели также стали свидетелями боевых действий.

Пока Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан наблюдают за развитием этих событий, их правительства, несомненно, видят данные об отступлении правительственных сил Афганистана.

В некоторых случаях у сил безопасности просто заканчивались боеприпасы или они не получали подкрепления. В других случаях они заключали сделки с наступающими боевиками «Талибана», оставляя свое оружие и другое снаряжение в обмен на безопасный коридор.

Афганские солдаты и ополченцы, бежавшие в Таджикистан после боев с талибами.
Афганские солдаты и ополченцы, бежавшие в Таджикистан после боев с талибами.

ЭТНИЧЕСКИЕ УЗБЕКИ И ТАДЖИКИ В РЯДАХ БОЕВИКОВ

Едва ли сейчас можно сохранять оптимизм относительно того, что афганские правительственные силы смогут в течение длительного времени противостоять талибам на севере Афганистана, особенно после 11 сентября, когда страну должны покинуть последние иностранные войска.

Правительство в Кабуле уже дало понять, что хочет, чтобы военизированные формирования играли более ощутимую роль в борьбе с талибами.

Но это порождает старую проблему для правительств Таджикистана и Узбекистана. Во второй половине 1990-х годов, когда боевики «Талибана» достигли успехов на большей части северного Афганистана, Узбекистан поддержал противоречивую фигуру – афганского полевого командира, этнического узбека Абдула Рашида Дустума.

Таджикистан поддержал этнического таджикского командира Ахмад Шах Масуда – легендарного «Панджшерского льва».

Теперь, когда позиции афганских правительственных сил ослаблены, в Ташкенте и Душанбе могут быть отдельные подразделения, которые ищут афганских доверенных лиц для охраны границ своих стран.

Их опасения касаются, возможно, не столько талибов, сколько радикализированных исламистов из Таджикистана и Узбекистана, которые воюют в рядах «Талибана» или других боевых группировках.

Больше всего их беспокоят их собственные граждане, состоящие в таких группировках, как «Исламское государство Хорасан», или в центральноазиатских экстремистских группировках, которые сейчас действуют в Афганистане, в которых большинство боевиков таджикского происхождения. Есть группировки, в которых доминируют узбеки – «Союз исламского джихада», «Катибат Имам аль-Бухари», «Катибат Таухид валь-Джихад», или оставшиеся последователи «Исламского движения Узбекистана».

Туркменистан, проводящий официальную политику нейтралитета, всегда старался держаться подальше от внутренних конфликтов Афганистана.

В марте 2019 года, когда около 100 солдат правительственных войск попытались бежать в Туркменистан, чтобы избежать наступления талибов в уезде Мургаб провинции Бадгис, туркменские пограничники отправили их обратно. Это впоследствии привело к их захвату талибами.

Четырьмя годами ранее туркменские пограничники развернули группу боевиков «Талибана», спасавшихся бегством от нападения боевиков под командованием генерала Абдула Рашида Дустума в уезде Хамьяб провинции Джаузджан.

Похоже, что сейчас Узбекистан пытается следовать этой же модели – исходя из решения вернуть 53 проправительственных боевика обратно в Афганистан.

Душанбе, напротив, на этой неделе разрешил отступающим афганским войскам временно находиться в Таджикистане. Раненым была оказана медицинская помощь.

Глава Горно-Бадахшанского региона на востоке Таджикистана Ёдгор Файзов заявил 21 июня на встрече региональных администраторов, что они должны быть готовы принять от 5 до 10 тысяч беженцев из Афганистана.

По мере того, как ситуация на афганской стороне границы продолжает развиваться, правительства Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана также, вероятно, на всякий случай будут пересматривать двусторонние и многосторонние соглашения в области обороны и безопасности.

Перевела с английского языка Алиса Вальсамаки.

Смотреть комментарии (1)

XS
SM
MD
LG