Ссылки для упрощенного доступа

Последняя императрица Ирана. «Интересная, тяжелая, но красивая» жизнь Фарах Пехлеви


Фарах Пехлеви

Бывшая королева Ирана Фарах Пехлеви впервые опубликовала мемуары за два года до того, как события 1979 года разрушили мир, в котором она жила; привели к свержению ее мужа, шаха Мохаммеда Реза Пехлеви и положили конец монархии в Иране.

Когда Пехлеви исполнилось 38 лет, она написала книгу о сказочной жизни королевы или «шахбану». Тогда идея Исламской революции и бессрочного изгнания казалась для нее немыслимой.

«Когда я писала свои мемуары, я не представляла, что меня ждет», – поделилась она в предисловии к переизданной на английском языке книге «1001 день: мемуары императрицы» (1,001 Days: Memoirs Of An Empress), которая выйдет в конце этого месяца и прольет свет на жизнь семьи шаха до революции.

ЖИЗНЬ КАК СКАЗКА

Ее жизнь до того момента поворотного момента действительно была похожа на сказку: простолюдинка, которая вышла замуж за короля и стала правительницей древней страны в возрасте 21 года.

Впервые она встретилась с шахом, который был коронован в 1941 году и вернулся к власти в 1953 году после переворота при поддержке американских спецслужб, в посольстве Ирана в Париже, когда изучала архитектуру во Франции. В 1959 году пара поженилась, и Фарах стала третьей женой 40-летнего монарха.

Пехлеви вспоминает, что шах рассказывал ей о грядущих обязанностях супруги короля, но она все равно была поражена масштабом функций.

Фарах Пехлеви вырастила четырех детей, включая наследного принца Резу, который родился через 11 месяцев после бракосочетания. Весомую часть времени она посвящала социальным и культурным вопросам, в том числе продвижению иранского и западного искусства, что принесло ей широкое признание и известность.

КОРОНОВАННАЯ ИМПЕРАТРИЦА И «ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ЛИЦО МОНАРХИИ»

В 1967 году шах короновал ее как королеву Ирана – шахбану, себя же во время пышной церемонии он назвал «царем царей» или «шахиншахом». По словам Фарах, она до сих пор с нежностью вспоминает это событие как важную веху в жизни женщин.

«Я всегда говорила, что день, когда я стала императрицей Ирана, символизировал коронацию всех женщин в моей стране», – поделилась Пехлеви в недавнем интервью Персидской службе Радио Свободная Европа/Радио Свобода, в котором рассказывала о мемуарах.

Семейный портрет, сделанный в октябре 1967 года после церемонии коронации. Слева направо — принцесса Шахназ Пехлеви, принцесса Фарахназ Пехлеви, Мохаммед Реза Пехлеви, принц Али Реза Пехлеви и императрица Фарах Диба
Семейный портрет, сделанный в октябре 1967 года после церемонии коронации. Слева направо — принцесса Шахназ Пехлеви, принцесса Фарахназ Пехлеви, Мохаммед Реза Пехлеви, принц Али Реза Пехлеви и императрица Фарах Диба

Пехлеви поддерживала многие благотворительные организации и учреждения, в том числе Институт интеллектуального развития детей и подростков, который она помогла основать. Она путешествовала по стране, посещая отдаленные регионы, встречаясь с местными жителями и нуждающимися, в том числе с прокаженными.

Ее визиты в детские дома, больницы и неблагополучные регионы часто попадали на первые полосы газет и обложки журналов.

По словам историка Роберта Стила, Пехлеви стала «подлинным человеческим лицом» монархии.

«Конечно же, это была тщательно продуманная пропаганда, которая была весьма эффективной, но Фарах очень серьезно относилась к роли «матери» иранского народа», – говорит Стил, приглашенный научный сотрудник Лондонской школы экономики. - Фарах была во всех отношениях подлинным, человеческим лицом монархии Пехлеви».

Более того, она общалась с мировыми лидерами, знаменитостями и известными художниками, такими как Энди Уорхол, который в 1976 году посетил Иран и сделал ее фотографию. В последствии она стала культовой.

В 1970-х годах Фарах Пехлеви помогла приобрести более 300 шедевров современных западных художников, включая Альберто Джакометти, Генри Мура, Рене Магритта, Пабло Пикассо, Джексона Поллока, Пьера-Огюста Ренуара и Марка Ротко. Впечатляющая коллекция, оцениваемая в три миллиарда долларов США, до сих пор хранится в Тегеранском музее современного искусства, открытом в 1977 году.

Фарах Диба с мужем Шахом Мохаммедом Реза Пехлеви в Марокко вскоре после того, как они бежали из Ирана в январе 1979 года
Фарах Диба с мужем Шахом Мохаммедом Реза Пехлеви в Марокко вскоре после того, как они бежали из Ирана в январе 1979 года

В те годы полная надежд и энергии Фарах Пехлеви посвятила себя стране, которую любила и хотела привести к прогрессу.

«Я хотела, чтобы люди помнили о славной истории Ирана, столь почитаемой во всем мире, но я также хотела, чтобы мои соотечественники пользовались благами современности, образования, здравоохранения и индустриализации», – написала она в предисловии к своим переизданным мемуарам.

По словам Роберта Стила, Пехлеви сторонилась политики, предпочитая предаваться любви к искусству, литературе, музыке и архитектуре.

«Одна из причин, по которой она оставалась популярной даже после революции, заключалась в том, что она была в значительной степени отстранена от темного мира иранской политики, – рассказывает Стил. - Тем не менее, мероприятия, которые организовывала Фарах, и произведения искусства, которые она коллекционировала, несмотря на культурную значимость, способствовали росту недовольства режимом Пехлеви».

«В то время, когда оппозиция осуждала «западофикацию» населения страны, европейские взгляды и любовь двора Пехлеви к западной культуре особенно подвергались критике», – добавил он.

РЕВОЛЮЦИЯ И БЕССРОЧНОЕ ИЗГНАНИЕ

Оппозиция шаху набирала силу из-за недовольства его усилиями по вестернизации и секуляризации, политических репрессий и увеличивающегося разрыва между богатыми и бедными на фоне непозволительной роскоши, в которой жили правитель и его окружение. Одним из примеров такого расточительства стало пышное празднование в честь 2500-летия империи.

Пехлеви отнюдь не осуждает проведение тех торжеств 1971 года, угощения для которого были доставлены прямиком из Парижа.

«Все прошло безукоризненно, и мы были очень рады», – рассказала она в недавней онлайн-встрече, посвященной выходу ее книги и организованной Гарвардским университетом.

«Западная пресса обрушилась на нас с критикой, потому что там не понимали, что это страна с великой историей. они только и делали, что писали об угощениях, шатрах и прочем», – добавила Пехлеви.

В прошлом она также преуменьшала масштабы нарушений прав человека при шахе, утверждая, что держащая всех в страхе тайная полиция САВАК поддерживала безопасность и стабильность в стране.

Иранские девушки-сироты проводят демонстрацию у посольства США с требованием вернуть шаха на родину для судебного преследования после его бегства из страны на фоне масштабных волнений. Тегеран, 27 ноября 1979 года
Иранские девушки-сироты проводят демонстрацию у посольства США с требованием вернуть шаха на родину для судебного преследования после его бегства из страны на фоне масштабных волнений. Тегеран, 27 ноября 1979 года

В январе 1979 года, после нескольких месяцев забастовок и бурных протестов, Пехлеви бежала из Ирана вместе с мужем и всю оставшуюся жизнь переживала утраты и изгнание.

Несколько дней спустя после этого бегства в Иране произошла Исламская революция, в результате которой к власти пришел аятолла Рухолла Хомейни. Он создал исламскую республику, которая и по сей день подвергается критике за репрессивную политику и масштабные нарушения прав человека.

ПОТЕРИ

Через полтора года после бегства с родины Пехлеви потеряла мужа, который скончался от рака в Египте. 20 лет спустя, в 2001 году, их младшая дочь, 33-летняя Лейла, умерла от передозировки наркотиками в Лондоне. Одиннадцать лет спустя младший сын, Алиреза, покончил с собой в возрасте 44 лет после нескольких лет борьбы с депрессией.

«Я прожила интересную жизнь, очень тяжелую и в то же время очень красивую», – сказала она во время онлайн-встречи.

Пехлеви, которой в октябре исполнилось 83 года, по-прежнему внимательно следит за событиями в родной стране, где по эпохе Пехлеви ностальгируют даже те, кто вырос после революции 1979 года.

Она сказала Персидской службе Радио Свободная Европа/Радио Свобода, что ее заветное желание – это «свобода для Ирана», и добавила, что любовь к стране и связь с ней остается сильной, несмотря на больше четырех десятков лет изгнания.

«Я хочу навсегда сохранить надежду и не допускать горечи в своем сердце, и я всегда говорю, что надеюсь, что свет победит тьму», - сказала она.

Гольназ ЭСФАНДИАРИ

Смотреть комментарии

XS
SM
MD
LG