Ссылки для упрощенного доступа

«Сопротивление» предложенному Путиным союзу. «Победа» Пекина в водном споре с Астаной


Слева направо: президент России Владимир Путин, президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев и президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев

Почему общественность в Казахстане и Узбекистане прохладно встретила предложение президента России создать «газовый союз» с Москвой? Есть ли будущее у возглавляемого Россией Евразийского экономического союза? Как Китай выиграл водный спор с Казахстаном? Об этом и не только писали западные СМИ на уходящей неделе.

СОПРОТИВЛЕНИЕ В УЗБЕКИСТАНЕ И КАЗАХСТАНЕ

Радиостанция «Голос Америки» сообщает, что предложение России создать «газовый союз» с Казахстаном и Узбекистаном встретило сопротивление в двух центральноазиатских государствах.

Министр энергетики Узбекистана Журабек Мирзамахмудов раскритиковал инициативу Москвы и заявил, что Ташкент не пойдет ради экономической выгоды на шаг, угрожающий его независимости.

«Мы ведем переговоры исходя из национальных интересов, чтобы сотрудничать на основе коммерческого контракта, купли-продажи, а не через передачу своих энергоносителей. Мы никогда не променяем политические условия на газ. Мы подпишем газовое соглашение только в том случае, если согласимся с предложенными условиями», — сказал он.

Мирзамахмудов отметил: даже если с Россией будет подписано газовое соглашение, оно не будет означать вступления в союз.

Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев во время визита в Москву в конце ноября на встрече с премьер-министром России Мишустиным 28 ноября заявил, что президент Владимир Путин предложил создать «газовый союз с Казахстаном и Узбекистаном».

Автор публикации Навбахор Имамова пишет, что детали предполагаемого союза неизвестны, однако, по мнению экспертов, планы не лишены экономического смысла, особенно для Узбекистана, который производит природный газ, но испытывает его нехватку в зимний период. Страны Центральной Азии могли бы получать газ из России, а излишки транспортировать по проходящему по их территории трубопроводу из Туркменистана в Китай. Россия же могла бы компенсировать потери из-за санкций, введенных Западом в ответ на вторжение в Украину.

Автор считает, что инициатива Москвы встретила неприятие со стороны общественности в Казахстане и Узбекистане из-за опасений, что сделка может быть связана с политическими условиями.

«Мы ничего не выиграем от кремлевского газового союза, — наоборот, мы всё потеряем», — убежден узбекский экономист и бывший чиновник Абдулла Абдукадыров.

По словам Абдукадырова, действия Москвы продиктованы желанием подорвать попытки Казахстана и Узбекистана углубить сотрудничество в сфере безопасности.

«Россия хочет контролировать регион и его углеводороды. У Казахстана большие ресурсы нефти и газа, как и у Узбекистана, — считает экономист. — Россия контролирует продажу энергоносителей, в том числе в Китай. Роль Узбекистана будет ограничена. Таким образом, Москва, которая тоже экспортирует энергоносители, стремится обеспечить отсутствие конкуренции».

Искандер Акылбаев, директор по Центральной Азии Oxford Policy Advisory Group в Великобритании, говорит, что Россия заинтересована продавать газ в Казахстан и Узбекистан по специальному тарифу в рамках трехстороннего союза. Но, по мнению эксперта, в долгосрочной перспективе этот механизм поставит обе страны в зависимость от России.

По мнению американского исследователя Пола Стронски, старшего научного сотрудника Программы Евразии и России Фонда Карнеги за международный мир, Россия хочет показать через «газовый союз», что она не находится в международной изоляции, но Ташкент и Астана относятся к ее инициативам с осторожностью. Потому что, с одной стороны, они боятся западных санкций, а с другой — понимают, что Москва использует энергию в качестве оружия.

Стронски отмечает, что Узбекистан и Казахстан «позволяют России высказывать то, что она хочет, а затем смягчают всё, что из этого получится». Эксперт подчеркивает, что две страны Центральной Азии могут «в какой-то степени противостоять России», если будут сотрудничать друг с другом и с богатым газом Туркменистаном.

ЕСТЬ ЛИ БУДУЩЕЕ У ЕВРАЗИЙСКОГО ЭКОМИЧЕСКОГО СОЮЗА В ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ?

Издающийся в США журнал Diplomat анализирует, есть ли у созданного Россией Евразийского экономического союза шанс выжить в меняющейся геополитике Центральной Азии.

В ЕАЭС входят пять стран постсоветского пространства — Россия, Казахстан, Армения, Беларусь и Кыргызстан. Автор статьи Али Косеоглу, научный сотрудник исследовательского института «Барометр Центральной Азии», пишет, что влияние союза на российскую экономику незначительно, объединение не несет существенной экономической выгоды Казахстану. С 2014 года товарооборот Казахстана с участниками ЕАЭС существенно не увеличился, но возросла зависимость от российского импорта и экспорта.

Косеоглу считает, Россия, создавая союз, преследовала не экономическую, а геополитическую цель: «Возможно, через Евразийский экономический союз президент Владимир Путин стремился восстановить господство России в традиционной зоне влияния Москвы, которая была утрачена с распадом Советского Союза».

Сейчас, когда Россия находится в международной изоляции из-за вторжения в Украину, она нуждается в ЕАЭС. Как пишет исследователь, «Казахстан помогает обходить санкции и ввозить запрещенные товары». Москва делает вс` возможное, чтобы члены союза были на ее стороне. Именно поэтому на заседании Евразийского экономического союза в октябре в Ереване премьер-министр России предложил создать общий рынок нефти, газа и электроэнергии. Мишустин заявил, что общий энергетический рынок принесет пользу членам ЕАЭС и защитит их от роста цен на энергоносители. Способны ли такие стимулы поддерживать консолидацию Казахстана и Кыргызстана в рамках союза и побуждать Узбекистан рассмотреть полноправное членство? По мнению Косеоглу, это будет зависеть от позиции властей стран Центральной Азии.

В настоящее время Россия, военное и политическое влияние которой ослабляется, предлагает мало экономических преимуществ странам региона. В Центральной Азии пытаются диверсифицировать дипломатические отношения, склоняются к укреплению связей с Китаем и Турцией.

Как считает автор, Россия не может обеспечить экономическое процветание региона через Евразийский экономический союз, а растущее китайское и турецкое экономическое присутствие в Центральной Азии может также усугубить слабость России в обеспечении безопасности через механизм ОДКБ. «Если роль России как основного гаранта безопасности в регионе начнет подвергаться сомнению, то укоренившееся российское господство ослабнет. Если это произойдет, то нереалистично ожидать, что ЕАЭС расширится и будет иметь голос в будущем Центральной Азии», — резюмирует Косеоглу.

«КИТАЙ ПОБЕДИЛ»

Англоязычный сайт Eurasianet пишет, что Китай победил Казахстан в споре о воде.

Исследователи из Оксфорда и Казахского национального университета имени аль-Фараби проанализировали водные споры между Казахстаном и Китаем в контексте инфраструктурного проекта Пекина «Один пояс — один путь». Они пришли к выводу, что Китай явно доминирует в двусторонних отношениях, пишет Eurasianet. Пекин расходует значительные объемы воды из рек Иртыш и Или, которые берут начало на его территории. Казахстан беспокоится, что озеро Балхаш, в которое впадает Или, может постигнуть печальная участь высохшего Аральского моря.

Река Или в Алматинской области
Река Или в Алматинской области

«На протяжении десятилетий Казахстану не удавалось ввести обязательные ограничения на забор воды в верхних течениях, а Китай отказывался подписать Конвенцию ООН по трансграничным водам», — пишет издание. Однако в последнее время Астана не поднимает вопрос трансграничных рек публично, стараясь не рассердить Пекин. В октябре, когда Токаев выразил озабоченность по поводу обмеления озера Балхаш, он даже не упомянул Китай.

После того как президент Китая Си Цзиньпин в 2013 году объявил об инициативе «Один пояс — один путь», официальные лица Казахстана публично высказываются о водных переговорах с Китаем только в позитивном ключе, тем самым соглашаясь с «гидрогегемонией» соседа, говорится в статье.

Исследователи отмечают, что в водном вопросе необязательно должен быть один победитель. Обе страны заинтересованы в экономном использовании воды. Транспортная инфраструктура, построенная Пекином в рамках «Одного пояса — одного пути», могла бы помочь казахстанским фермерам быстрее доставлять на рынок более дорогостоящую скоропортящуюся продукцию, что побудило бы их отказаться от менее ценных и потребляющих много воды культур — например, кормов для скота — и начать выращивать более ценные фрукты и овощи, полагают исследователи.

Информации о переговорах между двумя странами по водному вопросу мало. «Для Пекина это не минус, а плюс с точки зрения его водных связей с соседями. Возможно, то молчание, которым окружена в публичных выступлениях Казахстана тема его экологических потребностей, станет со временем стандартом "Одного пояса — одного пути"», — говорится в статье.

Ельнур АЛИМОВА, Радио Азаттык

XS
SM
MD
LG